Характеристика принципов кодификации уголовно-правовых норм

Битанатова Надежда Антоновна

Магистр юридических наук

.

.

Кодификация в современном понимании представляет из себя регулирование в стадии правотворчества. Она выполняет задачу отраслевого обеспечения норм национального права, когда система норм одной отраслевой принадлежности сводится в общий нормативный акт.

Некоторые авторы не относят правотворчество к процессу правового регулирования, полагая, что правообразование, а значит и правотворчество, является только предпосылкой и нормативной основой воздействия права на общественные отношения и не включается в механизм правового регулирования. По мнению Л.С.Явича, «помимо осуществления права (объективного и субъективного) нет правового регулирования» [1]. Однако, если под механизмом правового регулирования понимать не правоприменение и его последствия, а процесс взаимодействия всех структурных компонентов права (правовые принципы, нормы, правоотношения, юридическую ответственность и т.д.), а именно так в теории права обычно понимают механизм правового регулирования, то придание правовым нормам законодательной формы (правотворчество) следует признать частью этого механизма. Кроме того, закон как продукт правотворчества в течение всего процесса своего действия даже без применения оказывает стабилизующее воздействие на общественные отношения, регулирует отношения в связи с общим предупреждением преступлений.

Кодификация – не единственная форма правового регулирования. Правовые нормы одной отраслевой принадлежности могут быть выражены в множественности отраслевых законов и других нормативных актов, дополнительно – в межотраслевых нормативных актах. Другим возможным источником правовых норм является судебная практика. В правоприменительной деятельности формой правового регулирования выступают акты применения норм права, принимаемые уполномоченными органами и должностными лицами по конкретным вопросам. Эволюция в правотворчестве связывается с кодификацией. В существовании кодифицированных актов, сведенных в единый свод законов как «кодекс кодексов», многим ученым-юристам и практическим работникам видится идеал законодательства [2].

В уголовном праве Казахстана в качестве основной формы урегулирования общественных отношений кодификация утвердилась в ХХ веке. В настоящее время кодифицированный уголовный закон является единственным действующим уголовным законом. Кроме того, правотворчество осуществляется в форме его совершенствования, то есть как текущее регулирование.

Особенный предмет требует соответствующей формы уголовно-правового регулирования. Властеотношения, будучи сферой существенного ограничения конституционных прав, лиц, признанных судом виновным в совершении преступления, обусловливают использование кодификации как наиболее полной, с высокой концентрацией государственной власти формы правового регулирования, результатом которой является принятие единого нормативного акта, в рамках которого определяется система отраслевых принципов и правовых норм. Придавая последней законодательную форму, государство использует правовое средство максимальной силы воздействия на общественные отношения, устанавливая юридические права и обязанности их участников, формируя правосознание.

Все принципы, имеющие основополагающее значение для правотворческого процесса, без изъятия воплощаются в кодификации. Кодификация, подчиненная задаче полного выражения системы правовых норм в отраслевых законах, является устоявшейся и доминирующей формой правотворчества. Соответственно принципы правотворчества одновременно могут быть определены как принципы кодификации.

В общей теории права принципы правотворчества обычно перечисляются без разделения на подгруппы с учетом отраслевого развития законодательства. Чаще всего описываются принципы демократизма, социальной обусловленности, системного законодательствования и научной обоснованности процесса правотворчества.

А.С.Пиголкин считает, что правотворческая деятельность современных цивилизованных государств осуществляется на базе семи принципов: демократизма, законности, гуманизма, научного характера, профессионализма, тщательности и скрупулезности подготовки проектов, технического совершенства принимаемых актов [3]. Есть примеры еще более дробных классификаций, где авторы объединяют идеи разного значения и степени обобщения как отправные для нравотворческой деятельности. Делаются попытки различить общеправовые и специальные принципы правотворчества, по подобию известной классификации принципов права на общеправовые и отраслевые.

Законодатель руководствуется одними и теми же принципами, подготавливая и принимая кодифицированные законы разной отраслевой принадлежности. Принципы кодификации (правотворчества) не имеют выраженного отраслевого своеобразия и являются общеправовыми. Невозможно предположить избирательность их применения. Например, если законодатель придерживается принципа демократизма, то это отражается во всех нормах правоподготовительной и правоустановительной стадии законотворческого процесса и соответственно в принимаемых законах. Будучи включенными в отраслевое правовое регулирование, общеправовые принципы не изменяются по содержанию, а наделяются дополнительными характеристиками, обусловливающими решение конкретной правотворческой проблемы.

Анализ принципов кодификации применительно к конкретным сферам права имеет теоретический и практический смысл, поскольку развитие теоретических основ кодификации отраслевых норм может оказать только положительное влияние на качество законодательного выражения правовых норм. Кроме того, на основе обобщения отраслевой законотворческой практики возможна законодательная регламентация общеправовых принципов и правил процесса правотворчества [8].

История законотворческого процесса в Республике Казахстан показывает, что среди принципов кодификации ведущее положение занимают принципы политически целесообразные с явно выраженным идеологическим содержанием.

По словам Л.С.Явича, «принципы законодательствования и правосудия могут быть выведены на эмпирическом уровне из практического опыта… Как и любые принципы общественных явлений, указанные принципы историчны, и в них всегда вносится соответствующее классовое содержание» [4]. В советский период государственная уголовная политика была переориентирована на защиту прав трудящегося народа и пролетарского интернационализма. Вступившая на путь строительства социалистического и коммунистического общества, государственная власть считала наиболее важным гарантировать права государства, правящей партии и других общественных организаций, а не права личности. Под заявляемым принципом социалистической демократии понималось участие народа в принятии законов.

В постсоветский период, отмеченный принятием в августе 1995 года Конституции Республики Казахстан, идея демократизма стала центральной для всего законотворческого процесса. В отличие от социалистической демократии, она выражается не только в осуществлении народом своей власти через органы государственной власти, но, прежде всего в признании высшей ценностью человека, его прав и свобод.

В ходе подготовки кодификации  казахстанского уголовного права была разработана концепция уголовного законодательства Республики Казахстан, отвечающая основным требованиям проводимых в стране демократических реформ. Ее авторы посчитали основополагающими для кодификации свободные от идеологических предубеждений принципы демократического правового государства как гаранта законности и справедливости, верховенства закона, признания человека, его прав и интересов высшей социальной ценностью, недопустимости противопоставления законности и целесообразности.

При кодификации уголовно-правовых норм принцип демократизма проявился в утверждении приоритета личности.

Положительное в новом Уголовном кодексе – это отсутствие декларативности и идеологических штампов, характерных для прежнего уголовного права. Однако, как представляется, для уголовного закона не характерна задача законодательного утверждения в иерархии социальных ценностей. Чтобы закон был стабильным, а не временным и не использовался для защиты интересов одного класса или одной политической партии, демократизм процесса кодификации должен выражаться в учете интересов всех социальных групп и партий при определении уголовно-правовых средств защиты личности, общества и государства.

Государство не должно противодействовать тенденции деидеологизации уголовного права. Даже наиболее идеологически ориентированные уголовный кодексы содержали в значительной доле традиционные уголовные нормы, на которые не оказывали существенного влияния принципы партийного руководства и классовых привилегий.

Правовые нормы – результат длительного становления и апробации правовых идей и традиций, уравновешивания интересов личности, общества и государства. Возможно, подготовить и принять закон, отвечающий интересам определенного класса или партии, но невозможно этим законам создать «новое» право, отвечающее «новой» идеологии. Не обусловленный объективно, принятый во исполнение не характерных для уголовного права задач, закон станет не только новым, но и «чужим», а значит временным в правовой системе. Уголовный закон должен быть средством предупреждения преступлений и противодействия преступности, но не орудием борьбы за власть между различными политическими силами. Тенденция деидеологизации подтверждается и усилением влияния общепризнанных принципов и норм международного права на государственные системы уголовных норм. Социально-политический принцип демократизма объективно не может предопределять основание и пределы правовой ответственности. Он не является принципом уголовного права, но имеет предназначение быть принципом правотворчества, в том числе кодификации уголовных норм. Принцип демократизма, положенный в основу кодификации, определяет содержание правоподготовительных и правоустановительных норм, например, персонификации авторства законопроектов, их конкурса, коллективности обсуждения и экспертных оценок. При этом ограничивается возможность при внесения в закон субъективных моментов, что является одной из основных гарантий принятия по существу и содержанию правового справедливого закона.

Другим принципом кодификации является принцип социальной обусловленности нормативных актов. В соответствии с ним Уголовный кодекс должен приниматься с учетом выявленных закономерностей развития общественных отношений, реальной социально-политической ситуации, достигнутого в обществе уровня правосознания, а также общественного мнения.

Идея адекватности законодательства общественным отношениям была глубоко исследована в русле марксистко-ленинского учения о праве. Его основоположники неоднократно критиковали идеалистические концепции права, законодательства. «Общество основывается не на законе. Это – фантазия юристов. Наоборот, закон должен основываться на обществе, он должен быть выражением его общих, вытекающих из данного материального способа производства интересов и потребностей» [5].  Широко известны слова К.Маркса о том, что законодатель «должен смотреть на себя, как на естествоиспытателя. Он не делает законов, он не изобретает их, а только формулирует, он выражает в сознательных положительных законах внутренние законы духовных отношений. Мы должны были бы бросить упрек законодателю в безграничном произволе, если бы он подменил сущность дела своими выдумками» [6] .

Об объективных условиях существования права, но уже с других позиций, не социалистического правопонимания, пишут сторонники теорий различения права и закона, правовой свободы, животного права [7].  Эти теории, особенно стали популярны в 90-е годы ХХ века.

Признание права системой, объективно направленной на утверждение и защиту прав человека, сбалансированность интересов индивидов, гражданского общества и государства, является обоснованием исключения из законодательства законов, направленных на решение иных задач, то есть неправовых законов. С точки зрения защиты прав человека, уголовный закон должен оцениваться и по следующему параметру: не поражаются ли права человека больше в результате введения запрета, чем когда совершается запрещаемое деяние. Например, не должны приниматься законы, устанавливающие ответственность за деяния, которые можно было бы предупреждать менее репрессивными способами, а также законы, предусматривающие наказания более суровые, чем это предполагает опасность запрещаемых деяний.

В соответствии с принципом социальной обусловленности при подготовке проекта кодифицированного закона необходимо моделировать как общественные отношения, которые могут и должны быть урегулированы, так и правовые нормы. Государство при решении актуальных политических, экономических и социальных проблем нередко отступают от принципа научного обеспечения правотворчества, и не моделирует общественные отношения и правовые нормы или по политическим мотивам не учитывает экспертные оценки. Соответственно снижается вероятность выражения в законодательстве объективно обусловленных норм.

В последние десятилетия проблема социальной обусловленности права стала привлекательной для исследователей в аспекте социальной эффективности. Социологическое направление получило развитие и в современной правовой литературе. Предметом исследования стали основания и предпосылки криминализации, социально-психологические проблемы действия уголовно-правовых норм.

Практически значимым результатом социологических исследований явилось научное обоснование установления уголовно-правовых  запретов и наказуемости случаев их нарушения. Важнейшими среди критериев криминализации были определены значительность степени общественной опасности, распространенность конкретных деяний.

Кроме того, общей стала рекомендация учитывать в правотворческой деятельности общественное мнение и уровень общественного правосознания.

Законодательный орган Республики Казахстан, будучи представительным, изначально ориентирован на то, чтобы выражать волю избирателей, обсуждая законопроекты, депутаты Мажилиса и члены Сената руководствуются своим правосознанием, которое в целом не лучше и не хуже общественного. Вместе с тем обусловленность правотворческой деятельности общественным мнением и уровнем общественного правовосознания вряд ли может быть охарактеризована как научно обоснованный принцип. Если бы законодатели признали подобную обязанность, то, с одной стороны, многие необходимые исходя из социальной, экономической и политической обстановки законодательные решения остались бы не принятыми, а с другой – стали бы возможны законы, заведомо противоречащие нормам морали и нравственности.

Принципы кодификации определяют не только социально-политические начала этого процесса, его идеологию. В число принципов кодификации включаются и принципы научного происхождения, в которых обобщаются основные закономерности конструирования уголовно-правовых норм. Научные принципы правотворчества как принципы научного познания неразрывно связаны с методами. Они имеют общую философскую основу. Метод систематизации нормативного материала является основной характеристикой кодификации, отличает ее от инкорпорации. В соответствии с основным методом кодификации определяются научные принципы правотворчества.

К последним относятся принципы системного выражения уголовно-правовых норм в Уголовном кодексе и соответствия уголовного закона Конституции Республики Казахстан, другим конституционным законам, общепризнанным принципам  нормам международного права.

Рассогласованность законодательно выраженных норм обычно служит основным юридическим аргументом в пользу проведения новой кодификации. Вместе с тем декларированный принцип системного правотворчества практически недооценивается.

В УК РК 1998 г. cтруктура предшествующего законодательства не просто скорректирована, а реформирована. Наиболее принципиальные изменения произошли с Особенной частью. В ней выделены крупные классификационные структуры – разделы, что не облегчило решение задачи системного изложения нормативного материала.

Уголовно-правовые нормы соотносятся друг с другом по содержащимся в них правилам ответственности и форме их выражения в законе. За примерно равные по характеру и степени общественной опасности преступления должна быть предусмотрена примерно равная ответственность.

Принцип систематизации не допускает пробельности закона. Правильно применит можно только полно выраженную уголовно-правовую норму. Законодательство является пробельным, если осталось неопределенным и не поддается толкованию в соответствии с текстом предписываемое или запрещаемое правило поведения, если описаны не все условия применения нормы, отсутствуют общие или специальные правила применения уголовного наказания.

Кроме внутренней, для кодификации характерна задача систематизации правовых норм в общей правовой системе государства.

При кодификации должен соблюдаться принцип соответствия уголовного закона Конституции Республики Казахстан, другим конституционным законам, общепризнанным принципам и нормам международного права. Адекватность уголовного закона проверяется при соотношении конституционно определенных общеправовых, а также отраслевых принципов уголовного права и содержания каждой уголовно-правовой нормы.

Требование соответствия уголовно-правовых норм и норм иной отраслевой принадлежности предполагает, что определенные в законах правила не должны наделяться взаимоисключающим содержанием. Принцип соответствия норм разной отраслевой принадлежности реализуется при введении и Уголовный Кодекс так называемых бланкетных норм. Содержание их диспозиции полностью не определяется в уголовном законе, а дополняется в статьях других нормативных актов.

Научной основой кодификации является не система законодательства, а система права (правовые нормы одной отрасли права). Следовательно, кодифицированный акт должен иметь однозначную отраслевую адресность с учетом особенностей предмета и метода отраслевого регулирования. Использование бланкетных форм целесообразно и отвечает интересам стабильности уголовного закона. Вместе с тем перенасыщенность Уголовного кодекса бланкетными нормами, придание им абсолютного характера осложняет положение правоприменителя и размывает пределы отраслевого регулирования.

Актуальной в современном Казахстане стала проблема адаптации отечественного законодательства и общепризнанных принципов и норм международного права, приведения в соответствие норм казахстанского законодательства с принятыми Республикой Казахстан обязательствами в форме международных договоров.

В группу принципов кодификации обычно включают и принцип научной обоснованности. Однако это скорее инерционное решение, чем осознанное. Все принципы кодификации имеют научное обоснование, соответственно, в этом отношении как отдельный принцип научную обоснованность невозможно отличить от других признаваемых в теории права принципов правотворчества. Кроме того, не ясно, в каких правилах, обращенных к законодателю, может быть конкретизирован это принцип.

Принципы кодификации, как основополагающие идеи законодательствования, предопределяют содержание конкретных правил кодификации уголовно-правовых норм. И в этом смысле научная обоснованность – не принцип кодификации. Принципы кодификации, как правила законодательной техники, составляют только часть теории кодификации уголовно-правовых норм, которая в целом должна выполнять функцию научного обеспечения правотворческого процесса.

Актуальной в современном Казахстане стала проблема адаптации отечественного законодательства к общепризнанным принципам, нормам международного права, приведения норм национального законодательства в соответствие с принятыми Республикой Казахстан обязательствами в форме международных договоров [10].

Значение научно обоснованных принципов демократизма, социальной обусловленности, соответствия уголовного закона Конституции Республики Казахстан, другим конституционным законам, общепризнанным принципам и нормам международного права, а также системного выражения уголовно-правовых норм в Уголовном кодексе Республики Казахстан.

 

Список использованной литературы:

  1. Явич Л.С. Общая теория права. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1976. С. 203.
  2.  См.: Общая теория права: Учебник для юридических вузов /Под общ.ред. А.С.Пиголкина. М.: Изд-во МГТУ им.Н.Э.Баумана, 1995.с.234.
  3. Общая теория права: Учебник для юридических вузов /Под общ.ред.А.С.Пиголкина. М., 1995. С.201-202.
  4. Явич Л.С. Сущность права. Л., 1985.С.142.
  5. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд.Т.6.С.259.
  6. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд.Т.1.С.162.
  7. См.: Нерсесянц В.С. Право и закон: Из истории правовых учений. М., 1983; Явич Л.С. Сущность права. Л.: Изд-во Ленингр.ун-та, 1985; Четвернин В.А. Демократическое конституционное государство: Введение в теорию. М.,1993; Алексеев С.С. Право на пороге нового тысячелетия: некоторые тенденции мирового правового развития – надежда и драма современной эпохи. М.: Статут, 2000.
  8. Кленова Т.В. Основы теории кодификации уголовно-правовых норм. Дисс. на соис.уч.степ.доктора юр.дис. — М., 2001.
  9. Кусмангалиева Ж.Д. От систематизации законодательства к своду законов РК: Теоретические и практические аспекты: Автореф.дисс.на соис. уч.степ. к.ю.н.- Алматы, 2003.
  10. Рахимбеков Б.Г. Кодификация уголовно-исполнительного законодательства стран СНГ и Республики Казахстан. Автореф.дисс.на соис.уч.степ.к.ю.н. – Караганда, 2006.
  11. Балтабаев К. Исторические и политико-правовые предпосылки принятия Уголовного кодекса Республики Казахстан. //Заңгер. – 2007. — № 7.

 

Түйін

Кодификациядағы құқықшығарушылық процесте негізгі маңызы бар қағидалар жүзеге асырылады.  Кодификация салалық заңдарда құқық нормаларының міндеттеріне бағына отырып, құқық шығармашылығының тұрақты және басты түрі болып келеді. Яғни, құқықшығарушылық қағидалары бір мезгілде кодификация қағидалары болып айқындалады.

 

Resume

The Principles, having the foundation value for law creativity of process, without withdrawal are embodied in codification, The Codification, subordinated full expression of system of rules of norms in branch laws are the settled and dominating form of  law creativity , Accordingly principles of  law creativity can be simultaneously defined as principles of codification.